ВЕСТНИК МАПРЯЛ

Диалогическое общение, в ходе которого наблюдается сопоставление, открытое столкновение позиций (взглядов, точек зрения, мнений) его участников, является столь же естественной и распространённой формой диалогической речи, как ситуативный диалог и тематическая беседа. Более того, функциональные возможности дискуссии как формы диалогического общения ещё более многообразны: она выступает не только как инструмент познания (в том числе и поиска новых знаний и принятия решений), но и как важнейшее средство развития речевых и интеллектуальных способностей личности. "Свои способности человек может узнать, только шлифуя их" (Сенека, т.1, с.6).

Именно этим объясняется то, что учебные материалы, на базе которых формируются умения полемического общения (прежде всего в учебно-профессиональной сфере), вполне правомерно включаются в учебные курсы русского языка для иностранных студентов вузов в качестве основного звена.

Правда, нельзя не отметить, что задания и материалы такого рода не отличаются достаточной полнотой и системностью, что вызывает необходимость уточнения некоторых научных установок и методических решений.

Неполнота, фрагментарность представленного в учебных пособиях материала, с использованием которого протекает процесс формирования коммуникативной компетенции иностранных студентов в сфере дискуссионного общения, во многом объясняется тем, что в логике как науке недостаточное внимание уделяется выявлению и системному представлению исходных факторов полемики. Известно, что исходной точкой, отправным мотивом дискуссии чаще всего выступает содержание тезиса. Тезис, заключающий в себе некое утверждение, по своей логической форме представляет определённого типа суждение. В качестве тезисов, в силу своих содержательных признаков, чаще всего выступают (используются) оценочные суждения. Именно поэтому возникает потребность в методических целях определить (хотя бы в самом общем виде) объём учебного материала, представляющего суждения оценки, а также выявить те стороны, те особенности значения оценочных суждений, которые служат источником, содержат внутренние, мотивоформирующие факторы полемики. Что касается объёма материала, представляющего всё множество оценочных суждений в целом, то его можно обозначить великой формулой Г.Фреге: "Эстетика возникает из слова "прекрасный", этика - из слова "хороший", логика - из слова "истинный". (Цитируется по книге Арутюнова Н.Д. "Язык и мир человека", 1999, с.130)

В соответствии с этим все оценочные суждения целесообразно рассматривать в границах трёх основных подклассов: эстетические оценки, этические (нравственные и моральные) и логические.

В дидактическом плане это тем более значимо, что суждения, представляющие каждый из подклассов, раскрывают, дают оценку объектов с разных сторон, а также организуют развёртывание полемики в разных направлениях.

Объектом рассмотрения в настоящей статье станут преимущественно суждения, содержащие этические и логические оценки.

Относительно подкласса суждений, раскрывающих эстетические достоинства объектов, полезно сделать несколько замечаний.

Дидактический потенциал суждений этого типа как оснований полемического общения сравнительно невелик, и при этом он существенно разнится в отдельных сферах общения. К этому надо добавить, что значение эстетических оценок наиболее субъективно и во многом опирается на индивидуальные критерии, эстетические пристрастия оценивающего субъекта. (Этого же мнения придерживается и Н.Д. Арутюнова: "Этика создаёт устойчивые нормы. Они подобны истине: Эстетика ускользает от нормирования, и мотивы эстетических оценок плохо поддаются экспликации" (Арутюнова Н.Д. "Язык и мир человека", 1999, с.181).

Дидактический материал, содержащий эстетические оценки, может быть представлен двумя сферами общения.

Обиходно-бытовая сфера. Объектом наблюдения и эстетической оценки в этой сфере могут выступать предметы природной сферы, вещи, используемые человеком в повседневной жизни и им созданные, наконец, сам человек как часть природы. Объект оценивается по каким-то наиболее характерным для него внешним признакам или их проявлениям (форма, цвет, звук, голос, размеры, пропорции частей и т.п.)

Социально-культурная сфера. Наибольший интерес и оценку вызывают новые произведения искусства (живопись, музыка) и литературы. Собственно эстетическая оценка включается при этом в оценку общих художественных достоинств произведения и мастерства его создателя. В самой общей форме она предполагает ответ на вопрос: "Нравится (понравилось) ли Вам это произведение?"

А) Особенности значения оценочных суждений: семантическая структура актантов и их отношения.

Исследователи в области этики изначально задавались вопросом о том, какова природа и значение того свойства объектов действительности, к которым могут быть приложимы оценочные предикаты (суждения). Дж. Мур пришёл к выводу, что "то, что разумеется под словом "хороший" (на оси: хороший - плохой), фактически является единственным простым объектом мысли, специфичным для этики (Мур Дж., 1984, с.62).

Необходимо упомянуть, что основной круг вопросов, обсуждаемых в исследованиях по этике, можно найти уже в произведениях Аристотеля. Так, проблема "добра" (хорошего) нашла в его трудах подробное изложение. Аристотель использовал три концепта "добра" (хорошего): первое - "благо" - противопоставлялось "худу" (дурному, злу); второе - "счастье" (удовольствие) - "жизненному краху" (неудаче); третье - "блаженство" - "страданию". (Аристотель, 1984, с. 57).

Однако ( в отличие от принятой в современной науке точки зрения) он считал, что "благо", как нечто общее, объединённое одной идеей, не существует.

Дж. Локк, напротив, усматривает прямую связь между этими этическими категориями: "Добром мы называем то, что способно вызвать у нас или увеличить удовольствие, либо уменьшить наше страдание. Под "удовольствием" и "страданием" я разумею то, что относится к телу, либо то, что к душе, как это различают обыкновенно, хотя, говоря по правде, это только различные состояния ума, вызываемые иногда расстройством в теле, иногда же - мыслями в уме" (Локк, 1960, т.1, с.242).

Впервые о нравственных началах категорий "хорошее" и "плохое" говорит Д.Юм. Он подчёркивал, что понятия "хорошее" и "плохое" относятся к нравственности, а сами "моральные различия проистекают не из разума, а из нравственного чувства. "Мы скорее чувствуем нравственность, чем судим о ней" (Юм, 1966, т.1, с.619).

В современной этике аксиомой считается положение о том, что базовым началом всех этических суждений, дискурсов являются называющие метакатегории слова "хороший (хорошо), плохой (плохо)". Сами же эти слова определить со стороны значения невозможно.

"Слово "хороший", - пишет А.А. Ивин, - является заместителем имён естественных свойств, но не именем особого естественного свойства" (Ивин, 1970, с.43).

Важнейшим отличительным свойством оценочных суждений выступает их нереферентность. В оценочном суждении нет места ни аналитизму, ни необходимой истине, а отношения между оценкой и оцениваемым объектом не могут быть квалифицированы как строго логические. Оценочные суждения, безусловно, имеют основания, однако основания оценки не составляют ни логического, ни какого-либо другого научного доказательства.

Всё дело в том, что в оценочных суждениях между оценочным предикатом и объектом оценки всегда стоит человек - субъект оценки. Оценивая объект, человек "пропускает" его через себя: природа оценки соотносится с личностью этого человека. Объект представляется человеку в каком-то смысле как среда и средство его индивидуального существования. Можно, конечно, представить, что предполагаемым референтом оценочных суждений может служить какое-то качество, количество, свойство объекта, однако существование такого позитивного или негативного (в оценке человека) признака не может быть при конкретном анализе принято за основу теоретических описаний оценочных феноменов.

Наличие личностного, субъективного организующего начала в оценочных суждениях определяет такие особенности оценочных дискурсов, как их связь с деятельностью, целенаправленность и большой иллокутивный потенциал.

Связь с деятельностью составляет важнейшую сторону содержания оценочных суждений. Наиболее точную и ёмкую характеристику этой стороны категории оценки находим у Хэара: "Отличительной чертой всех ключевых слов этики является их предназначенность для того, чтобы руководить выбором и действием. Но чтобы руководить выбором или действием, этическое суждение имплицирует следующее: если человек его принимает, он должен также принять и выведенный из него императив" (Хэар, 1967, с. 171).

Связь содержания оценочных суждений с деятельностной стороной бытия ещё более убеждает в том, что значение оценочных предикатов имеет выход в прагматику речи, будучи связанным с коммуникативной целью высказывания и с эмоциональной сферой говорящего. Оценка всегда целеориентирована.

Эту сторону оценочных суждений впервые отметил Стивенсон: "Цель оценочных высказываний состоит не в том, чтобы описывать мир, а в том, чтобы выражать эмоции и отношения, хвалить или ругать, льстить или оскорблять, рекомендовать или советовать, отдавать приказы или руководить и т.п." (Стивенсон, 1985, с. 183).

Из этого положения следует, что оценочный предикат уже сам по себе обладает иллокутивной силой. Оценочное высказывание всегда направлено на адресата, стремится повлиять на него, а через него и на весь ход практической жизни. Прагматическую функцию оценочных суждений можно соотнести с тем обобщённым жизненным контекстом, который определяет такая последовательность деятельностных операций: выбор (основанный на предпочтении) - решение - действие. Общий ответ во всех этих ситуациях может быть выражен так: "Я выбрал это, потому что считаю это лучше всего".

Говоря об иллокутивной функции оценочных суждений, следует иметь в виду, что разные виды оценки имеют разное соотношение иллокутивной и фактической (дескриптивной) информации. Закономерность здесь такова: чем более иллокутивно высказывание, тем менее оно информативно. Сравните, например, оценочное высказывание, содержащее резко отрицательную оценку, обращённую к ребёнку: "Бяка!", которое принимается не как фактическая информация, а как требование какого-то действия со стороны ребёнка и которое направлено на пресечение планируемого им какого-то действия - с другим высказыванием: "Маша - хорошая девочка: умная, скромная, послушная, хорошо учится".

Второе, помимо оценочного значения, содержит мотивировку оценки посредством дескриптивной информации.

Оценочные суждения, обладающие большой иллокутивной силой, непосредственно толкают человека к спору, возражению собеседнику. "Всякое ценностное суждение может положить начало спору, суть которого сводится не к несогласию в точках зрения, а к несогласованности интересов. Если один из собеседников говорит "лучше пойти в кино", а другой ему возражает, предлагая "лучше пойти на симфонический концерт", то каждый из них может основываться в своём предпочтении на разнотипных мотивах" (Стивенсон, 1985, с. 28).

Развёртывание полемики с использованием оценочных суждений протекает в определённых жизненных ситуациях, которые обладают особыми типовыми прагматическими характеристиками и включают определённый состав участников. Их речевыми реализациями выступают оценочные высказывания, в составе которых различаются следующие составляющие: оценочный предикат (характеризующий оценочное отношение) и актанты (называющие имена участников).

Сама прагматическая оценочная ситуация в деятельностном плане определяется: а) наличием альтернатив при оценке объекта; б) целенаправленностью оценочных действий; в) зависимостью этой оценки от воли человека и в то же время опирающейся на некоторые принятые данным социумом нормативы; г) необходимостью выбора одной из альтернативных оценок - путём сравнения; д) принятием и словесной манифестацией своего решения.

Структурными составляющими оценочных высказываний являются: оценивающий субъект (лицо), объект оценки, оценочное слово (как правило, предикат высказывания).

Их место (с точки зрения обязательности/факультативности) и их синтаксическая позиция в структуре оценочного высказывания неодинаковы.

Оценивающий субъект (лицо), выступающий как необходимый, обязательный компонент в структуре прагматической ситуации оценки, в то же время в структуре оценочного высказывания отсутствует в качестве актанта (таковы все высказывания, представленные простыми неосложнёнными предложениями (Он - добрый. Погода - хорошая). Необходимость его словесного оформления возникает лишь в тех случаях, когда оценивающий субъект считает нужным наряду с оценкой передать и субъективно-модальные оттенки оценивающего значения, меру категоричности оценки.

В таких случаях оценочные высказывания оформляются как сложноподчинённые изъяснительные или осложнённые предложения (Я полагаю, что он поступил достойно (Я думаю, что: Я убеждён, что: По-моему, :)

Важнейший компонент логико-семантической структуры оценочных высказываний (суждений) - оценочное слово. В научной литературе его обозначают термином "оценочный предикат". Это не совсем точно. Дело в том, что в структуре оценочных высказываний эти слова могут занимать различную синтаксическую позицию: прилагательные (хороший / плохой и др.), как правило, занимают позицию именной части сказуемого в конструкциях именного строя (Это - хорошая машина. Эта машина - хорошая), слова наречного типа (хорошо / плохо и др.) чаще всего выступают в роли оценочных определителей при глаголах (Он поступил нечестно. Он проявил себя достойно.) В коммуникативной и логической структуре высказываний, какую бы синтаксическую позицию они ни занимали, их функция одна: они выполняют роль актуальной доминанты, они несут основную смысловую нагрузку, передают информацию, которая является стержневой в данном речевом акте.

Для целей обучения языку как иностранному важно указать на ещё одну сторону значения оценочных слов, которая влияет на выбор того или иного конкретного слова при порождении высказывания. Как известно, значение оценочных слов нереферентно. Действительно, они не называют денотативных сторон, составляющих объектов, они эти стороны оценивают, квалифицируют на шкале хороший / плохой; положительный / отрицательный и т.п.

Более того, они оценивают не столько объекты (классы, подклассы объектов) в целом, а некоторые стороны объектов, которые так или иначе входят в зону интересов человека. Если же в этих высказываниях содержится общая оценка объекта, то она производится через оценку отдельных его сторон. (Этот телевизор - хороший. В этой оценке суммируются оценки таких его составляющих, как: звук, изображение и др.)

Можно назвать те общие для множества объектов сторон, которые наиболее часто поддаются оценке и которые реально оцениваются: это - свойства, количественные и качественные признаки (характеристики), отношения (между объектами или составляющими объекта), действия (поступки людей), события, процессы, различные изменения в природе и обществе, жизнь и деятельность личностей, исторические периоды в жизни общества.

Это важно учитывать в процессе обучения полемическому общению на иностранном языке уже в силу того, что выбор оценочных слов зависит не только от их общеоценочного значения (хороший / плохой, но и от природы объекта (класса, подкласса объектов), поскольку денотативная природа оцениваемых сторон у них существенно различается (например, можно оценить ум человека по шкале "умный / глупый", но вы не примените это к неживым объектам природы; поступок, решение лица по шкале "мудрый, дальновидный / недальновидный", что неприменимо к миру животных.

Как видим, между оценочным словом и объектом (классом, подклассом объектов) обнаруживается тесная внутренняя связь, которую необходимо учитывать в процессе порождения и восприятия речи.

Вторым конституирующим центром оценочных суждений (высказываний) является объект (имя объекта) оценки. Как в логической, так и грамматической структуре суждения (высказывания) этот компонент занимает место субъекта (подлежащего). Имя объекта не может быть опущено, эта позиция допускает лишь замещение словами с функцией замещения (местоимениями). Подчеркнём ещё раз, что оцениваемый объект непосредственно влияет на выбор оценивающего слова с частнооценочным значением. Поскольку оценке подлежат либо объекты (классы, подклассы) в целом - через какие-то сопоставляющие их стороны, либо непосредственно эти стороны (свойства, признаки, действия и т.д.) объектов, то целесообразно перечислить основные классы объектов, которые становятся объектами оценки.

Классы объектов

1. Предметы неживой природы.
2. Явления, процессы природы.
3. Живые существа.
4. Человек как биологический объект.
5. Человек как социальный объект.
6. Коллективы, общественные и государственные организации.
7. Политическая структура (система) общества.
8. События, социальные процессы.
9. Производственные, трудовые процессы.
10. Социальные и природные катаклизмы: качественные состояния общества (голод, разруха, стихийные природные явления).
11. Стороны жизни общества: культура, наука, спорт, отрасли производства.
12. Идеальные объекты: правила, законы, категории, понятия, идейные направления (течения, теории, концепции, идеи, научные позиции (точки зрения, взгляды).

(Отдельные стороны, составляющие классов объектов были названы в предшествующем тексте).

Б) Субъективность / объективность оценочных высказываний

Нередко принято считать, что оценочные суждения по своей природе субъективны, поскольку между оценочным предикатом и объектом оценки всегда стоит человек. Из этого ключевого положения вытекают все частные свойства оценочных значений: субъективная варьируемость, связь с иллокутивными воздействиями, заинтересованность субъекта в том или ином выборе, продиктованном определёнными обстоятельствами. Так, Гоббс то или иное содержание оценочного значения ставит в прямую зависимость от мнения субъекта, которое определяется его интересами: "Каков бы ни был объект какого-либо человеческого влечения или желания - это именно то, что человек называет для себя добром, объект своей ненависти или отвращения - злом" (Гоббс, 1964, т.2, с.85).

Аристотель, наоборот, искал объективные критерии оценки, подчёркивал зависимость оценочных значений от рода объекта. Он сделал предположение о возможности измерения меры хорошего и плохого. "Должна существовать какая-то единица измерения, причём основанная на условленности, которая и делает всё соизмеримым" (Аристотель, Большая этика, 1984, с.157.) Локк, развивая идею измеримости оценки, высказывает мысль о том, что "хорошее и плохое градуировано, оно может быть большим или меньшим" (Локк, 1960, т.1, с. 242)

Объективность оценочных значений отстаивал и Спиноза. Он ввёл в анализ оценочных значений понятие компаративности, нормативности. Норматив понимается им как среднестатистический стандарт, как усреднённая модель класса объектов, по отношению к которой и даётся оценочная квалификация объекта. Признавая относительность оценки, Спиноза не связывал её с субъективным фактором (личностью субъекта). Оценка была им перенесена на концепт нормы: изменения нормы ведут к колебаниям, изменениям в оценке. Если стандарт (норма) в сфере физических объектов устанавливается на основе их объективных параметров, то оценка социологических объектов вырабатывается человеком (обществом) с его постоянно меняющимися требованиями, нормативами. Это последнее положение при выведении общей оценки, сформулированное Спинозой, используется и в современном обществе. Более того, современная цивилизация шагнула в этом отношении далеко вперёд: оценка большинства из названных выше классов (подклассов) объектов ведётся по определённым параметрам на основе точных критериев, опираясь на точные показатели (количественные данные). В первую очередь это относится к миру интересующих человека предметов, явлений и процессов природной среды, а также артефактов. В большой мере это относится и к области права, этики, морали, нравственности, где также действуют свои установления, опирающиеся на определённые нормы, действующие по меньшей мере в границах отдельных государственных образований. Труднее обстоит дело с объективной оценкой таких классов объектов, как реформы, решения, постановления государственных институтов власти, благоприятные последствия которых, оценка последствий носит в большей части прогностический характер, хотя и опирается на какие-то более или менее весомые основания.

Итак, оценка объектов проводится, с одной стороны, лицом, субъектом оценки, представляющим субъективное начало, с другой - она опирается на уже разработанную процедуру оценки, предполагающую использование субъектом объективных параметров, критериев, показателей.

И всё же доминирующим, организующим, управляющим началом выступает человек, субъект оценки: если он заинтересован в объективной оценке, он может использовать объективные критерии и показатели, если его интересы лежат в другой плоскости, оценка может быть искажена. Это легко прослеживается в таких разных областях человеческой деятельности, как наука и дипломатия. В науке, стремящейся к получению объективных знаний об объектах, исследователи сами разрабатывают процедуру объективной оценки полученных экспериментальным путём сведений об объекте, дипломатия же строится на учёте интересов того или иного государства и отстаивает эти интересы, отбирая такие данные (даже искажая истину), с помощью которых эти интересы можно отстоять.

Из всего сказанного можно сделать вывод, что оценка - категория субъективно-объективная.

В) Классификация оценочных слов

Уже в работах Аристотеля ставится вопрос о систематизации оценочных предикатов. В целом можно говорить о двухуровневой классификации. На первом уровне им выделяются концептуальные поля этических категорий "добра / зла". Им выделены три пары таких полей: благо / худо (зло); счастье / неудача (жизненный крах); блаженство / страдание. Далее добро / зло (и соответствующие имена оценочных предикатов) различались по сферам функционирования (использования). На этом основании выделяются: 1) внешние блага; 2) блага, относящиеся к душе; 3) блага, относящиеся к телу. (Аристотель, 1984, с.66).

Попытку разграничить виды добра находим и у Гоббса, который различает: добро в обещании; добро в действии как желаемая цель; добро как средство, что можно обозначить словом "полезное"; столько же находим и видов "зла": зло в обещании, зло в действии и результате, зло, как средство - бесполезное, вредное (Гоббс, 1964, т.2, с.86).

Более детальную классификацию оценочных предикатов предложил финский исследователь Фон Вригт. Она также представляет двухуровневую систему. На первом уровне основанием разграничения служат концептуальные поля. Их три: 1) собственно оценка: хорошее и плохое, добро и зло; 2) нормативные концепты (обязанность, дозволенность, разрешённость, право); 3) концепты, относящиеся к человеческим поступкам: практическое рассуждение, намерение, мотив, воля, желание, цель, необходимость, потребность. Второй уровень классификации учитывает классы объектов и характер их функционирования. Исследователь различает пять классов объектов: 1) инструментальные оценки (хороший нож); 2) технические оценки или оценки мастерства (плохой специалист); 3) оценки благоприятствования (вредный для здоровья); 4) утилитарные оценки (хороший совет); 5) медицинские оценки (хороший обед); (Wright, 1963, с. 5-6).

Лингвистически релевантная, детально проведённая классификация значений оценочных предикатов проведена Н.Д. Арутюновой в работе "Оценка в механизмах жизни и языка" (М.,1999, с. 198-200).

Эта классификация строится на трёх уровнях. На первом, самом общем уровне выделяются общеоценочные и частнооценочные значения. Первый тип реализуется метаоценочными словами "хороший / плохой" и их синонимами (замечательный, отличный и т.п.)

Среди частнооценочных значений выделяется 7 категорий:

1. сенсорно-вкусовые оценки (вкусный / невкусный, приятный / неприятный);
2. психологические оценки (интересный / неинтересный, весёлый / грустный);
3. эстетические оценки (красивый / некрасивый);
4. этические оценки (добрый / злой);
5. утилитарные оценки (полезный / вредный);
6. нормативные оценки (правильный / неправильный);
7. телеологические оценки (эффективный / неэффективный).

В свою очередь все эти разновидности группируются в три подкласса: сенсорные оценки (первые две разновидности); сублимированные оценки (3,4 разновидности); рационалистические оценки (5,6,7 разновидности).

Каждая из описанных здесь классификаций, несомненно, имеет большую научную значимость и открывает большие перспективы для дальнейшего изучения оценочных предикатов либо в русле логики, либо в области лексической семантики.

Однако в сфере обучения русскому языку как иностранному более значимо описание этого материала в процессе его функционирования в речи (в том числе и в полемической), отсюда возникает острая необходимость систематизации не столько оценочных слов (как единиц языка), сколько научно-прикладного описания оценочных высказываний (как единиц речи). Такого описания до сих пор нет. Попробуем наметить основную направленность системного описания оценочных высказываний и представить возможную его модель (схему).

1. Мы уже отмечали непосредственную связь между классом (подклассом) объектов описания и выбором оценочного слова. Важно также учитывать, какая сторона объекта становится предметом оценки (свойство, качество, отношение, действие и т.д.).
2. Дело в том, что отдельные стороны не только классов объектов, но и их подклассов могут не совпадать или иметь разную природу. Например, человек (личность) получает оценочную характеристику посредством оценки черты характера (Это - весёлый человек.), что нельзя приписать другим классам объектов.

Или, например, такое качество, как контактность, характеризует только человека и реализуется оценочными словами "общительный, разговорчивый / замкнутый". Из предметов неживой природы только подкласс продуктов может получить оценку в аспекте вкусовых ощущений (вкусный / невкусный хлеб и т.п.). И даже в тех случаях, когда разные классы объектов оцениваются с однородных сторон, имена оценочных предикатов могут быть различны. Так, оценивая разные классы объектов со стороны большей/меньшей сопротивляемости и воздействию внешних сил мы употребляем разные оценочные слова (прочное / непрочное здание; стойкий / нестойкий духом человек).

Анализ оценочных высказываний показывает, что при их структурировании необходимо учитывать три фактора:
а) отнесённость оцениваемого объекта к тому или иному классу (подклассу);
б) сторону (или аспект) оценки;
в) оценочное слово.

При этом выбор последнего находится в зависимости от первых двух. Это делает целесообразным анализ и систематизацию оценочных высказываний строить в виде трёх последовательных шагов: определение класса (подкласса) объектов > определение сторон(ы) их рассмотрения > подбор оценочных слов:

класс (подкласс) объектов > сторона (или аспект), на основе которого оценивается класс объектов > оценочное (ые) слово (а).

В формально-грамматической структуре оценочных высказываний будут представлены первый и третий компоненты.

Подобное описание позволит дать готовый материал, представленный компонентами оценочных высказываний (именами классов - объектов оценки и оценочными словами, характеризующими эти объекты). Для полноты описания оценочных высказываний целесообразно наметить, какие их типы (и конкретные высказывания) используются (функционируют) в той или иной сфере общения. Избирательно наметим примерные перечни сфер общения и соотносительных с ними классов оценочных высказываний (оснований полемического общения).

В качестве примеров могут служить суждения, заключающие в себе этическую, морально-нравственную оценку действий, поступков, деятельности людей.

Суждения подобной направленности, затрагивающие межличностные отношения людей, честь и достоинство личности, воспринимаются с неподдельным интересом людьми, членами определённого сообщества, и вызывают у них острую эмоциональную реакцию. Высказывать такого рода оценки следует, с одной стороны, с большой осмотрительностью, а с другой - совершенно необходимо, ибо они незаменимы как надёжное средство поддержания, сохранения нравственного здоровья общества.

Обиходно-бытовая сфера. Объектом внимания, вызывающим непосредственный отклик, являются поступки людей, на основании которых высказывают суждения о моральных, нравственных качествах личности, оценивают её человеческое достоинство, определяют доминирующую черту характера. Поступки, резко нарушающие нормы морали и нравственности, могут становиться объектом публичного разбирательства. Полемика в таких ситуациях вызывается двумя условиями: 1) поступок (низкий, аморальный) никак не соотносится с прежней, устоявшейся оценкой высоких нравственных качеств личности, и пересмотр этой оценки на основании данного поступка часто вызывает недоверие, внутреннее несогласие окружающих; 2) резко отрицательная оценка представляется собеседнику необъективной, вызванной какими-то привходящими обстоятельствами, и он готов оспаривать её, ориентируясь при этом на иную, более высокую шкалу оценок.

Социально-культурная сфера. Оценочные суждения здесь включаются в ткань общей характеристики героев литературных произведений, кинофильмов, театральных постановок. Неоднозначность оценки нравственного облика героя проистекает из того, что многообразие совершаемых им поступков предполагает неодинаковую их оценку, тем более, что эти поступки совершаются в разных обстоятельствах и по отношению к разным персонажам. В таких случаях затруднительно дать однозначную обобщающую оценку нравственных качеств личности, что является источником расхождений в оценке личности героя произведения разными читателями, зрителями, слушателями.

Общественно-политическая сфера. В ней обострённый интерес проявляется к новым лидерам государств, политических партий и других общественных движений. Соотечественники пытаются составить мнение о них прежде всего по их деяниям, затрагивающим судьбы миллионов их сограждан. Людей в равной мере интересует не только социальная, но и морально-этическая сторона этих деяний, которая также влияет на рейтинг популярности того или иного лидера. Расхождения в оценках здесь вызываются тем, что деятельность исторических личностей по-разному затрагивает интересы различных слоёв, при этом нравственная оценка "смягчается", если эта деятельность не расходится с экономическими, политическими интересами участников общения. Именно поэтому оценка личностных качеств политических деятелей зачастую оказывается диаметрально противоположной.

Сфера учебно-профессионального общения не даёт оснований для такого рода оценочных суждений и, следовательно, в ней нет места для полемики.

Стратегия развёртывания полемики. Тип содержания оценочных суждений, используемых в качестве тезисов в полемическом общении, определяет общую направленность течения спора. Каждый из участников полемики даёт свою оценку рассматриваемой стороны объекта, сравнивая эти характеристики с эталоном, которому соответствуют признаваемые данным социумом эстетические идеалы, моральные и этические нормы. Несовпадение позиций может вызываться двумя факторами: а) говорящие опираются на разные критерии, принимают за эталоны разные показатели или нормы. В этом случае необходимая степень понимания и согласия может быть достигнута путём отождествления шкалы оценок-эталонов; б) говорящие (хотя бы один из них) проявляют личностное отношение к объекту, и тогда их объективированная оценка осложняется какой-то совокупностью условий, которые они не намерены раскрывать перед собеседником, но, в зависимости от степени личной заинтересованности, будут более или менее твёрдо отстаивать свою точку зрения. Достигнуть полного согласия в таких условиях удаётся лишь в исключительных случаях.

ЛИТЕРАТУРА

1. Аристотель. Сочинения. В 4 т., М., 1976 - 84.
2. Арутюнова Н.Д. Оценка в механизмах жизни и языка // Язык и мир человека, М., 1999, с. 130 -274.
3. Гоббс Г. Изб. Произведения. В 2 т., М., 1964.
4. Ивин А.А. Основания логики оценок. М., 1970.
5. Локк Дж. Изб. Философские произведения. М., 1960, т. 1-2.
6. Мур Дж. Принципы этики. М., 1984.
7. Спиноза Б. Изб. Произведения. В 2 т., М., 1957.
8. Стивенсон Ч. Некоторые прагматические аспекты значения // НЗЛ. Вып. ХVI. Лингвистиче- ская прагматика, М., 1985.
9. Хэар Р.М. Дескрипция и оценка // НЗЛ. Вып. ХVI, Лингвистическая прагматика, М., 1985.
10. Юм Д. Сочинения. В 2 т., М., 1966.
11. Wright G.H von. The varieties of goodness, Z., 1963

Д.И. Изаренков (Россия)

Как известно, местоимение-это часть речи, которая указывает на предметы, признаки и количества, но не называет их. Личные местоимения указывают на лицо или предмет. В русском языке личные местоимения включают слова я,ты,он,она,оно,мы,вы,они; в китайском языке личные местоимения включают следующие единицы: wo, ni, ta, women, nimen, tamen. Некоторые русские личные местоимения почти полностью соответствуют китайским, например, я wo ,ты ni, мы women, вы nimen. Дело в том, что у личных местоимений я wo, ты ni, мы women, вы nimen как в русском, так и в китайском языке отсутствует категория рода. Род личных местоимений я wo, ты ni, мы women, вы nimen определяется путем соотнесения с полом реального лица, на которое они указывают. А вот употребление личных местоимений 3-го лица намного сложнее. Причина заключается в том, что в русском языке, в языке флективно, личные местоимения 3-го лица обладают категориями рода и числа. Он,она,оно имеют морфологически выраженный род (он-м.р., она - ж.р., оно - ср.р.) и форму множественного числа- они. Личные местоимения он, она, оно, они в силу дейктической функции могут указывать на лицо или предмет, о котором идет речь. В устной и письменной речи они часто являются средством замещения: он замещает существительное мужского рода, она -существительное женского рода, оно-существительное среднего рода, они - существительное множественного числа, например, словарь - он; книга - она; письмо-оно. В китайском языке, который относится к изолирующим языкам, личные местоимения 3-го лица единственного числа ta имеют три иероглифических начертания. В отличие от русского языка, в китайском языке эти три личных местоимения 3-го лица единственного числа произносятся одинаково. Одно из них обозначает только мужское лицо, второе из них употребляется при указании на лица женского рода, у неодушевленного существительного в китайском языке нет категорий рода и числа, поэтому третье из них употребляется при обозначении животных или любого неодушевленного предмета, а также явления. А личные местоимения 3-го лица множественного числа tamen, которые имеют два иероглифических начертания и произносятся одинаково, в китайском языке соответственно указывают на лица и предметы. Но надо отметить, что в русском и китайском научном языках ты ni, вы nimen, он ta, она ta, он tamen, которые указывают на лица, почти не употребляются, и поэтому их не будем обсуждать.

I. Частота употребления личных местоимений в русском и китайском научном языках

Чтобы выяснить употребление личных местоимений в русском и китайском научном языках, мы провели статистическую работу над двумя научными книгами на русском и китайском языках - IBM PC для пользователя, издательство "Финансы и статистика", Москва,1995.стр.1-50; Физика, Издательство Народного образования, Пекин,1995.стр.1-50.Результат таков: 0

личные местоимения	IBM PC для пользователя на русском языке		Физика на китайском языке
	частота (раз)	процент	Частота (раз)	процент
я wo	0	0%	0	0%
мы women	10	6,1%	42	79,2%
ты ni	0%	0	1,9%
вы nimen	2	1,2%	0	0%
он ta	53	32,1%	9	17,0%
она ta	35	21,2%
оно ta	10	6,1%
они tamen	55	33,3%	1	1,9%

Из вышеуказанных данных следует, что употребление личных местоимений обнаруживает ту же закономерность: для научной речи характерно преобладание наиболее отвлеченно-обобщенных по своему значению местоимений он, она, оно, а выражающие конкретные лица местоимения 2-го лица ты, вы почти не употребляются, а процент местоимений 1-го лица незначителен.[1]Это определяется особенностями научной речи: отсутствие субъективных местоимений усиливает объективность научной речи, чтобы читатели обращали внимание только на предметы или явления, а не на авторов.

II.Сопоставление употребления личных местоимений 1-го лица в русском и китайском научном языках

В русском научном языке частота употребления местоимений 1-го лица низкая. Местоимение 1-го лица множественного числа мы в научном тексте не обозначает много лиц, а употребляется для указания на одно лицо. Наиболее часто встречаются варианты употребления местоимения мы вместо я. В авторской речи мы обозначает "автора, его мнение".[2] В этом выражается скромность и вежливость автора. Помимо известного так называемого авторского мы, употребляющегося для скромности и ради объективности изложения, местоимение мы вместе с личной формой глагола зачастую выражает отвлеченно-обобщенные значения. Так, в устной научной речи, да и не только в устной, очень часто используются конструкции с выражением совместности действия. Например, Если мы исключим:,то получим: А.Г.Столетов. Мы обозначим через: А.Г.Столетов. Таким образом, значение лица оказывается весьма ослабленным, неопределенным, а следовательно, более, чем обычно, отвлеченным. Это ослабление значения в других случаях еще более наглядно. Например, Длительный звук мы называем музыкальным. А.Г.Столетов - Длительный звук называется музыкальным. Та же тенденция проявляется и в случаях, когда местоимение мы и глагольная форма 1-го лица множественного числа предполагает всякого человека, человека вообще, т.е. приобретает весьма обобщенное значение.

Как известно,в русском научном языке обобщенно-личные предложения оформляются чаще всего при помощи глаголов в форме 1-го лица множественного числа настоящего или будущего (совершенного) времени. Например, Рассмотрим прямолинейное равноускоренное или равнозамедленное движение. Соответственно, в китайском научном языке непременно появляется местоимение мы women , без этого невозможно фунционирование полных по своему характеру китайских предложений. Это скорее всего и является причиной, почему местоимение мы употребляется в китайском научном языке чаще, чем в русском.

В русском и китайском научном языках личное местоимение я малоупотребительно, но это не значит, что оно не употребляется вообще. Наряду с "авторским мы" используется и местоимение я.[2]. Во-первых, местоимение я, как правило, используется в том случае, если в научной статье появляется информация, которая носит более личный характер и не касается существа проблемы. Например, Когда я узнал о публикации этого юбилейного сборника, у меня не было ни малейшего затруднения с тем, чтобы найти подходящую тематику для своей поздравительной статьи. А.Мустайоки. Во-вторых, использование местоимения я может быть обусловлено характером текста, требующим от автора четкого определения своих теоретических позиций, но в этом случае местоимение я только принадлежит тому, кто обладает высоким, даже исключительным социальным статусом. [3]

III.Сопоставление употребления личных местоимений 3-го лица в русском и китайском научном языках

1. Одной из главнейших специфических черт научной речи является подчеркнутая логичность, а одно из средств ее реализации - связь предложений при помощи повторяющихся существительных. Эта особенность сильно отличает научную литературу от художественной. В художественной литературе повторение одних и тех же слов нетерпимо, а для научных текстов характерна высокая частота употребления отдельных слов.[4]. Так, в текстах по химии нижеприведенные слова употреблены следующее число раз: вода -1431, раствор - 1355, кислота- 1182, атом-1011, ион-947, вещество -894, образование - 730 на длину 150 тысяч единиц. [5]. И поэтому частота употребления личных местоимений он, она, оно, они в художественной литературе намного больше, чем в научной.
2. В китайском научном языке личные местоимения 3-го лица единственного числа употребляются намного меньше, чем в русском. Причина заключается в том, что в русском языке он, она, оно, они различаются по категориям рода, например, машину замещает она, компьютер - он, а в китайском языке jiqi машина и jisuanji компьютер, которые не обладают категорией рода, обозначаются через ta, которое указывает на предмет или явление. Если в одном и том же предложении появляются слова машина jiqi и компьютер jisuanji , то в русском языке ясно, что он и она обозначают компьютер и машину, а в китайском научном языке ta ,которое указывает предмет или явление, нельзя четко обозначить jisuanji компьютер и jiqi машину, в этом случае это предложение выражается обязательно при помощи повторения одних и тех же слов. И поэтому 3 лицо единственного числа употребляется в китайском научном языке меньше, чем в русском. Кроме того, надо отметить, что когда в контексте русского научного языка появляется два существительных одного и того же рода, тоже употребляется повторение одного и того же слова или добавление комментария. Например, Это нужно знать пользователю ,которому приходится выбирать транслятор для своей программы, если, разумеется, он (транслятор) не один. Л.А.Растригин.
3. Из вышеуказанных данных следует, что личные местоимения 3-го лица единственного числа в научном языке употребляются чаще, чем личные местоимения 3-го лица множественного числа. Дело в том, что в русском научном языке чаще употребляется существительное единственного числа. Почти каждое слово единственного числа выступает как обозначение общего понятия или абстрактного предмета, даже конкретная лексика единственного числа тоже выступает для обозначения общих понятий. Например, Химик должен обращать внимание на:,т.е. химик вообще, всякий химик. Береза хорошо переносит морозы. Здесь слово береза обозначает не единичный предмет, дерево, а породу деревьев, т.е. выражает общее понятие. Это определяется отвлеченностью и обобщенностью научной речи. И в контексте все эти существительные обозначаются личными местоимениями он, она, оно, а не они.

Из вышеизложенного следует, что если сравнивать различные грамматические категории по степени абстрактности и обобщенности личных местоимений, то соотношение окажется следующим: 3 лицо является более отвлеченно-обобщенной категорией, чем 1 и 2 лица, а единственное число - более отвлеченно-обобщенной, чем множественное число.

Литература

1. М.Н.Кожина.Стилистика русского языка.М.,1983:169
2. Г.В.Соколова. Я и мы для обозначения автора в русском научном тексте. Лингводидактический поиск на рубеже веков.М.,2000:20
3. И.С.Кон.Открытие "я". М.,1978:151
4. О.А.Крылова.Основы функциональной стилистики русского языка.М.,1979: 104
5. О.Д.Митрофанова.Язык научно-технической литературы.М.,1973:30-31

Ван Личжун (Китай)