Щукин А.Н. Методика обучения иностранным языкам: Курс лекций. - М.: Изд-во УРАО, 2002. - 288 с.
В издательстве Университета Российской академии образования вышла новая книга проф. Щукина А.Н., посвященная характеристике лингводидактических основ преподавания иностранных языков. Надо сказать, что в последние десять пятнадцать лет издательства практически не издают обобщающие работы, базовые учебники по проблемам методики преподавания языков. Хотя, как известно, интерес к изучению языков значительно вырос, открылись и открываются новые факультеты иностранных языков, межкультурной коммуникации и даже институты. Рецензируемая книга, пожалуй, станет одним из базовых учебников по методике преподавания языков в РФ. Ее содержание соответствует требованиям Государственного образовательного стандарта высшего профессионального образования по подготовке специалистов в области лингвистики и межкультурной коммуникации с присвоением квалификации лингвист, преподаватель иностранного языка.
Актуальность книги заключается не только в существующем дефиците учебных материалов по методике, многие из которых морально устарели и труднодоступны, но и в важности обеспечения учебного процесса новыми пособиями, отражающими современный уровень развития методики как науки. Как известно, за последние десять-пятнадцать лет сформировались новые подходы к описанию коммуникативной компетенции, уровням владения языкам, организации тестового контроля, изменилось понимание роли и места межкультурной коммуникации, диалога культур в обучении иностранным языкам. Все эти инновации в современной методике нашли отражение в рецензируемой книге.
В лекциях обобщен опыт преподавания курса методики с позиции базисных дисциплин: педагогики, психологии, лингвистики, социологии с учетом профессиональных потребностей студента филолога. В учебнике значительное внимание уделяется психологическим основам усвоения иностранного языка, изложено современное понимание организации учебного процесса по обучению иностранному языку.
Книга содержит 16 лекций (например, "Методы исследования в методике", "Уровни владения языком", "Организационные формы обучения" и др.), каждая из которых содержит изложение темы, ее резюме, контрольные вопросы и задания, способствующие закреплению и активизации пройденного на занятиях материала. В конце книги приводится список использованной литературы и дополнительные источники для углубленного знакомства с содержанием курса. Несмотря на сложность каждой рассматриваемой проблемы, автору удалось добиться ясности и последовательности изложения материала. Особенно ценными являются методические рекомендации, описание приемов, которые помогают успешнее преподавать иностранный язык.
Книга поможет не только усвоить курс методики, но осознать роль и место преподавателя в учебном процессе, выбрать эффективные виды работ, понять индивидуальные особенности изучения иностранного языка, успешно организовать учебный процесс.
Азимов Э.Г. (Москва)
В.В.Дронов, С.Ю.Ремизова "Мамины сказки". Русский язык для детей соотечественников, проживающих за рубежом. М., "Русский язык. Курсы", 2002.
Не для кого не секрет, что во многих семьях соотечественников, живущих за рубежом, русский язык выполняет в основном функцию бытового общения. На нем ведутся разговоры в основном на самые будничные темы; синтаксис разговорной речи упрощен до предела; о таких видах речевой деятельности, как письмо и чтение, вообще мечтать не приходится; слушать русское радио и смотреть русское телевидение имеет возможность тоже не каждая семья. Из этого следует, во-первых, что семьи соотечественников, живущие за рубежом, нуждаются в помощи специалистов по преподаванию русского языка; во-вторых, что в этой ситуации опорой для развития русской речи детей может стать только детская книга, которая доступна родителям во всех смыслах этого слова. Книга "Мамины сказки" - именно такая. Это первая книга из серии "Русский язык с мамой". Она подготовлена в рамках Федеральной целевой программы "Русский язык" 2002г.
Книга предназначена русской семье, которая в силу тех или иных обстоятельств живет за пределами Родины, но не хочет забывать ее язык и культуру. Более того, книга адресована родителям, которые стремятся воспитать детей так, чтобы русский язык был в их жизни не только домашним языком, но полноправным средством общения и приобретения знаний; помогал, а не мешал жить в современном мультикультурном мире.
Один из авторов книги - В.В.Дронов занимается проблематикой обучения русскому языку соотечественников более 20 лет. Владимир Васильевич - автор огромного количества публикаций, ряда учебников и учебных пособий. В новой книге В.В.Дронов вместе с С.Ю.Ремизовой представляют результат воплощения новой методической идеи - одновременной реализации трех чрезвычайно значимых для авторов книги лингводидактических принципов:
В каждом из 6 разделов книги (каждый раздел посвящен одной сказке) авторами в доступной любому взрослому форме объясняется, почему выбран этот текст, чем он интересен и дорог как факт культуры, как с ним работать и к чему стремиться как к результату занятия. Отдельно следует отметить: все, что есть в книге, рассчитано на тот период обучения, когда дети еще не научились читать и писать, и опорой для родителей-педагогов служат только картинки и собственная речь. Оказывается, что этого достаточно, если подойти к ситуации творчески, с выдумкой, использовав вслед за авторами возможности звучащей речи и зрительной наглядности.
Известно, что в народных сказках есть все. Так, например, в сказке "Репка" есть и воспоминание о далеком "докартофельном" прошлом России, и вечная идея взаимопомощи, и естественным образом рядом повторов организованный грамматический материал (падежные вопросы за кого? за что? и регулярное сопоставление глаголов совершенного и несовершенного вида). На это и опираются авторы. Раскрыв книгу, читаем: на левой странице разворота раздел "Родителям", на правой - "Детям". Детская часть делится соответственно на рубрики: "Показываем и рассказываем", "Показываем и спрашиваем", "Спрашиваем и отвечаем", "Думаем и говорим", "Придумываем и говорим", "Рисуем и говорим", "Играя, говорим" и "Еще чуть-чуть". Родительская сторона соотносится с детскими разделами соответствующими рубриками: "К разделу "Показываем и рассказываем", "Немного грамматики", "Произношение", "К разделу "Придумываем и говорим", "Зачем сказка сказывается:", "Играем в театр". И если в детской части предлагаются, например, вопросы "За кого держится бабушка?" и "За что держится дедушка?", то в расположенном на соседней странице разделе родителям напоминается о том, какой из вопросов относится к одушевленным существительным, а какой - к неодушевленным, и т.д.
Авторами использованы все возможности привлечь внимание ребенка к тем или иным особенностям лексики текста. Обсуждается и внешний вид персонажа ( плюс грамматика - изменение прилагательных по родам), и поведение каждого из героев сказки (реальное и гипотетическое), предлагаются задания на развитие внимания и сообразительности, наконец, забавные тесты, стихи и загадки. Завершает каждый из шести разделов маленькая пьеса, написанная авторами по мотивам сказки, что, как известно, всегда привлекает детей, с удовольствием исполняющих роли сказочных героев.
Книга В.В.Дронова и С.Ю.Ремизовой адресована непрофессиональным учителям, но представляется, что это - скромность авторов. Нет сомнения, что она будет использоваться и профессионалами, работающими в детской аудитории, чему способствует и ее содержание, и дружественная тональность общения, в которой она написана.
Новая книга, как и старая сказка, нужна и тем, кто учит, и тем, кто учится.
Е.Г. Ростова
на учебник русского языка "На одной планете" (продвинутый этап П). Авторы: Д-р Б. Токарская, Д-р Т. Яцюк и др. Иерусалим, 2002 г.
Учебник "На одной планете" предназначен для обучения русскому языку как иностранному на продвинутом этапе обучения.
Учебник состоит из 10 программно-тематических разделов, строящихся по однотипной структуре и включающих:
Каждая тема учебника включает упражнения на расширение словарного запаса учащихся, усвоение фразеологизмов русского языка, материал по словообразованию, морфологии, синтаксису. Формулировки заданий четкие, ясные и разнообразные.
Представляется интересным использование игровых заданий, которые делают процесс обучения живым и занимательным. Интересные по содержанию игры и тексты способствуют повышению мотивированности и целесообразности речевых действий учащихся.
"Литературная страничка" знакомит со стихами русских поэтов разных литературных направлений и эпох (М. Лермонтов, Н. Заболоцкий, Б. Окуджава и др.).
Несомненный интерес и пользу дают задания на перевод (стр. 20, 48 и др.).
Большая часть заданий "провоцирует" дискуссию, которая, как методический прием обучения, используется для развития навыков и умения говорения. Совершенствованию последних способствуют также "вопросы для обсуждения" и задания типа "ваше мнение".
Методическая значимость и ценность материалов учебника, с нашей точки зрения, заключается и в том, что материал отрабатывается в системе взаимосвязанного обучения всем видам речевой деятельности (ВДР): чтению, говорению, письму, аудированию. Два последних вида речевой деятельности представлены заданиями, развивающими умение письма (стр. 188 и др.), а также текстами с заданиями на аудирование (стр. 140, 242 и др.).
Включение в учебник материалов, отражающих особенности национальной культуры учащихся, является демонстрацией возможности "диалога культур", о необходимости которого много говорится в последнее время в методической литературе.
Все вышеизложенное позволяет положительно оценить учебник и выразить убеждение в том, что книга найдет своего адресата и будет востребована.
Т.В. Страмнова (Москва)
В январе 2003 года в Будапеште под редакцией Вицаи Петера вышел в свет юбилейный сборник статей, посвященный 65-летию со дня рождения Владимира Высоцкого, являющийся вторым, переработанным и дополненным изданием вышедшей три года назад по случаю 20-летия со дня смерти поэта памятной книги, анализирующей личность В.С. Высоцкого как поэта, барда, актера и человека.
В новой книге, содержащей 23 статьи на венгерском языке (включая предисловие, введение и послесловие), представлены как личные воспоминания, так и аналитико-сопоставительные статьи и научно-исследовательские материалы 21 автора. Книга призвана познакомить читателей с жизнью и творчеством поэта, акцентируя внимание, в первую очередь, на его поэзии в зеркале особенностей брежневской эпохи. Сборник вышел под эгидой Будапештского российского культурного центра, а также Ассоциации преподавателей русского языка и литературы Северо-Задунайского края Венгрии в объеме 122 страниц. Предисловие написано Нанофски Дьёрдем, бывшем несколько лет (1992 1998) послом Венгерской Республики в Москве. Статьи, представленные в сборнике:
Книга предназначена для интересующихся личностью и творчеством Владимира Высоцкого, она может быть полезной и студентам, и преподавателям русского языка, а также всем, кто каким-то образом связан с Россией, с русской культурой, литературой и хочет расширить свои знания в этих областях.
Эндре Тромбаташ (Венгрия)
Джафаров Т.Г. Тюркские элементы в русской литературе XI XVII веков. 2-е изд., доп. М., Издательство ИКАР, 2003. 100 с.
Данная книга азербайджанского исследователя является продолжением тех историко-литературных исканий, которые нашли отражение в его недавно изданной работе "Древняя Русь и тюрки: в летописях, воинских и исторических повестях" (Баку, ИПО "Азербайджанская национальная энциклопедия", 2002. 256 с.).
О тюркских элементах в русской литературе написано много: статьи, монографии, диссертации, тематические сборники и т.д. Но впервые в литературоведческой науке Т.Г. Джафаровым дается целостная характеристика славяно(русско)-тюркских контактов, выявляющихся на материале русской литературы XV XVII веков.
Объектом исследования Т.Г. Джафарова в настоящей книге стали воинские, исторические и посольские повести, светские хождения, историко-литературные сборники XV XVII веков, такие, как "Повесть о взятии Царьграда турками" Нестора Искандера, "Сказание о Магмет-салтане" Ивана Пересветова, "Казанская история", "Хождение за три моря Афанасия Никитина", "Хождение купца Федота Котова в Персию", "Посольство Ивана Новосильцева в Турцию", "Космография" и др. Привлечены к исследованию отдельные летописи, в которых представлены тексты некоторых литературных памятников XV XVII веков.
Анализ литературных памятников русского Средневековья в плане их художественного своеобразия и идейно-тематической ценности выявил, что рассматриваемые произведения являются важным историко-литературным источником о восточном мире, о военно-политических, торгово-экономических, культурных и просто человеческих отношениях Древней Руси с тюркскими народами и странами. Привлеченные к анализу произведения свидетельствуют о том, что расширение границ Московской Руси в восточном направлении, в сторону Казанского, Астраханского, Крымского ханств, Османской Турции и Сефевидского государства и в целом освоение Востока были исторически обоснованы. Это соответствовало евразийской концепции русской истории, утверждению и обоснованию данной идеи литературной мыслью Древней Руси.
Русские светские хождения, посольские повести, историко-литературные и географические сборники XV XVII веков, выявляющие восприятие "чужих" этносов и отображающие в себе их историю, культуру, быт, нравы и образ жизни, рассматриваются в монографии в качестве элементов национального самосознания и художественной культуры, оригинального взгляда древнерусского человека на восточный мир.
В настоящем издании, представляющем большой интерес для ученых-литературоведов, учителей-русистов, студентов филологических и гуманитарных факультетов и магистрантов по специальности "Русская литература", в новом аспекте рассматриваются и оцениваются многие эпизоды и мотивы известных литературных памятников Древней Руси.
И.Х. Каримова (Таджикистан)
Золотова Г.А., Дручинина Г.П., Онипенко Н.К. Русский язык. От системы к тексту. 10 класс. Учебн. пособ. для факульт. занятий в общеобразоват. учрежд. гуманитарного профиля. - М.: Дрофа, 2002. - 320 с.
Пособие адресовано учащимся 10 классов гуманитарной направленности.
Известно, что поступающий на филологический факультет, сталкивается с тем, что "школьное" предъявление материала по русскому языку и вузовская программа могут показаться двумя разными дисциплинами.
Учебник, созданный коллективом авторов, призван ликвидировать этот разрыв. Авторы пишут в предисловии: "Многие полагают, что бойко говоря на родном языке, они уже владеют им. Это наивное заблуждение: осознанное владение языком - не только иностранным, но и родным - требует неустанного труда" (с. 3).
С помощью данного учебника школьники смогут познакомиться с лингвистической терминологией, прочитать отрывки из языковедческих работ. Авторы стремились построить учебник так, чтобы показать учащимся проблему и предложить ее обсуждение, пригласить школьника к дискуссии, призвать его высказывать свои аргументы за и против. При этом авторы последовательно проводят в учебнике мысль о том, что язык существует в речи, а значит, в текстах. Не оставлены и орфографические трудности. Авторы стремятся так организовать работу, чтобы направить внимание учеников к слову, его семантике, следовательно, к работе со словарями.
Учебник состоит из четырех разделов. В первом из них обсуждается ряд важнейших вопросов,. касающихся языка и речи, языковой системы, ее уровней и единиц. Учащиеся знакомятся со словом как единством лексического и грамматического значений. В этом же разделе показаны разные классы глаголов, введены понятия акциональности и модальности. Это позволяет уйти от традиционного вопроса к сказуемому в предложении Он болеет. Что он делает? Показана роль местоимений в тексте.
Таким образом, материал, собранный в первом разделе, вводит учащегося в мир языка, дает представление о системности и роли частей речи в речи.
Второй раздел посвящен говорящему и тексту. Текст трактуется как основная форма общения, т.е. подчеркивается его коммуникативная природа. Введено понятие фигура говорящего, показана связь говорящего с точкой зрения в пространстве и времени. В зависимости от того, каким образом говорящий хочет представить или показать то, о чем он говорит, предметы, явления и ситуации показаны как увиденные или как "рассказанные". Во втором разделе школьникам даны разработанные в рамках коммуникативной грамматики Г.А.Золотовой регистры речи, изобразительный, информативный, обобщающий, волеизъявительный и реактивный.
Авторы рассматривают время в тексте - актуальное, узуальное (повторяющееся), обобщенное. Показываются текстовые функции глагола, представляющие статичные и динамичные явления. В этом разделе рассматривается также и чужое слово, соотношение речи от автора и реплик персонажей. Авторы показывают, как формируются точки зрения автора-рассказчика, героя-рассказчика, героя.
Третий раздел учебного пособия посвящен предложению в грамматике и в тексте. В этом разделе авторы знакомят учащихся с понятием о синтаксисе как строе языка и науке. Слово рассматривается как объект синтаксиса, а предложение - как единица синтаксиса. Подлежащее и сказуемое соотнесены с понятиями субъект и предикат. Авторы учебника знакомят учащихся с понятиями предикативности и предикативных категорий. Учащимся также показаны модели предложений, как это сделано в Академической грамматике русского языка. В соответствии с концепцией Г.А.Золотовой модели предложений соотнесены с их типовыми значениями.
В третьем разделе показана синтаксическая синонимия, а также модальные, фазисные и отрицательные модификации моделей. Авторы рассматривают и модификации субъекта предложения: определенный неопределенный, обобщенный субъекты.
Последний раздел учебника посвящен грамматике текста.
Школьники смогут познакомиться с отрывками из работ Э.Бенвениста, Г.О.Винокура, В.В.Виноградова, М.М.Бахтина, Д.С.Лихачева, Ф.И.Буслаева,
Структура параграфа такова: лингвистический материал, вопросы для размышления, упражнения, фрагменты из работ ведущих языковедов, сопровождаемые справками об этих лингвистах; специальные вопросы и упражнения даны для закрепления и самопроверки, в конце параграфа дано его краткое содержание.
Если коснуться текстовых материалов, которые предложены учащимся для анализа и разбора, то диапазон их авторов чрезвычайно широк: от А.С.Пушкина до В.Войновича и Л.Петрушевской. Школьники вновь обращаются к русской классике: М.Ю.Лермонтову, Н.В.Гоголю, И.Гончарову, Л.Н.Толстому.
Художественная речь русского зарубежья: 20-30 годы ХХ века. Анализ текста: Учеб. пособие/ Под ред. К.А.Роговой. - СПб.: Изд-во СПб ун-та, 2002. - 328 с.
Целью данного пособия, адресованного иностранным студентам, изучающим русский язык, является знакомство с произведениями русских классиков на языке оригинала.
Редактор определила характер пособия как учебно-научный. "Авторы исходят из того, что в основе методической интерпретации должно лежать научное исследование текстов, используемых в процессе обучения" (с. 3).
Русская эмиграция серьезнее и последовательнее, чем искусство предшествующей эпохи, стремилась выражать русскую культуру. Расцветом русской эмигрантской литературы Г.Струве, один из ведущих критиков, считал 1925-1939 гг.
Пособие свидетельствует о понимания единства литературного процесса, разделенного географически, т.к. нужно говорить об одной, а не о двух и более литературах на русском языке. Вместе с тем, эмигрантская литература обладает рядом характерных особенностей, среди которых отчетливое аналитическое начало.
Центрами русской эмиграции были Берлин, Париж, Прага и Белград, основная форма изданий - журналы, альманахи и сборники. Русская эмигрантская литература формировалась авторами, которые стали писателями уже за пределами России, но восприняли русский язык и русскую культуру. Среди значительных авторов эмиграции - В.Набоков, Г.Газданов, Б.Поплавский. Наряду с писателями младшего поколения продолжали писать и печататься И.Бунин, Г.Иванов, Б.Зайцев.
В эмигрантской литературе популярны жанры автобиографической прозы: мемуары, дневники, письма. "Автобиографии и мемуары, ориентированные на внетекстовую действительность, существуют в двух временных измерениях: прошлые события ("тогда") и их нынешнее осмысление ("теперь")" (с. 7).
Писатели русской эмиграции сознавали себя носителями и хранителями русского языка. Жизнь языка в отрыве от метрополии - особая исследовательская проблема. Сейчас лингвистика активно заинтересовалась эмигрантской русской речью как особой функциональной разновидностью.
Пособие построено так, что каждая глава посвящена одному автору. Оно адресовано учащимся с высоким уровнем владения русским языком.
Слово в художественном тексте становится средоточием описания света, цвета, звука, ощущения (с. 10). В анализе текста "выявляется тематическая лексика ("текстовые ассоциативные поля" - по Ю.Н.Караулову), позволяющая увидеть весь спектр изображенной действительности и связанные с ней эмоциональные состояния героев" (с. 10). Рассматриваются "особые значения языковых единиц, обусловленные художественным контекстом, специальные приемы, которые, выполняя изобразительную роль, одновременно актуализируют в речевой структуре детали, формирующие собственно смысловое содержание произведения" (с. 10). Слово рассматривается также и как носитель смысла текста, определяемого целевыми установками повествователя. Особая роль в анализе и интерпретации текста уделяется приему в широком смысле слова. Предлагаемый анализ носит дискурсивный характер, "если под дискурсом понимать "форму знания", ... - форму художественного знания о мире, характерную для русского зарубежья 20-х годов".
Пособие направлено на развитие навыков чтения художественного текста. Анализируя тексты, "в идеале можно создать некоторый минимизированный словарь слов и контекстов их употребления, который вооружит учащихся возможностями читать литературу русского зарубежья" (с. 11).
Авторы пособия видят в нем продолжение ряда работ: "Художественный текст: структура, язык, стиль" (СПб., 1993), "Анализ художественного текста (Русская литература ХХ века 20- годы)" (Спб., 1997).
Книга состоит из двух частей. В первую включены произведения Б.Зайцева "Авдотья-смерть", В.Набокова "Возвращение Чобра", Г.Газданова "Фонари", Б.Поплавского "Аполлон Безобразов" (отрывки из 5 гл.).
Во вторую часть включены мемуары С.М.Волконского, Г.В.Иванова, И.А.Бунина, М.И.Цветаевой.
Третья часть посвящена публицистике, здесь помещены "Кровавая пища" В.Ф.Ходасевича и "И.С.Шмелев" (отрывок) И.А.Ильина.
Структура главы-урока следующая: биографическая справка о писателе, краткая библиографическая справка, литературный текст, лингвострановедческий комментарий, вопросы по содержанию текста, анализ текста (сюжета, анализ текста по главам, анализ и интерпретация образов действующих лиц, приемов построения текста, особенностей композиции, пространства и времени, концептуальной нити повествования, коммуникативного дискурса, позиции рассказчика, интертекста, мотивов, особенностей номинативно-семантического поля, включая вопросы по каждому из разделов).
Содержание урока варьируется в зависимости от особенностей текста.
Логический анализ языка. Семантика начала и конца/ Отв. ред. Н.Д.Арутюнова. М.: Индрик, 2002. - 648 с.
В сборник вошли статьи, затрагивающие различные проблемы семантики конца и начала в аспекте стилистики и поэтики.
Во вступлении Н.Д.Арутюнова рассматривает логические основания формирования понятий конца и начала, восходящих к общему корню. Это обстоятельство свидетельствует о нерасторжимости сложного понятия конца-начала в сознании древних. Позже это единое понятие разделилось. В современном языке употребление слова конец обусловлено прагматическими факторами, мобильностью точки зрения наблюдателя. Это было показано Е.В.Рахилиной в ее книге "Когнитивный анализ предметных имен: семантика и сочетаемость" (М., 2000). Н.Д.Арутюнова предполагает, что "решающим условием дифференциации значений "конца" и "начала" может стать депрагматизация значений слова конец, то есть невозможность произвольной инверсии точек отсчета (позиции наблюдателя)" (c. 4).
Далее Н.Д.Арутюнова рассматривает семантику вышеназванных слов в старославянском языке с учетом различий в понимании пределов во времени и пространстве. Семантика слов в пространственном измерении связана с представлением о некоем "пустом" пространстве. Значения слов конец и угол разошлись. Семантика первого слова связана с одной линией, имеющей два конца, которые представляются предельными точками, здесь явственна парность, второе слово ассоциируется с двумя пересекающимися линиями.
Говоря о времени, Н.Д.Арутюнова отмечает, что в этом аспекте понятие границы или точки синкретично. В отличие от пространства, как пишет автор, нельзя представить себе пустого времени.
Что касается мира природы, язык не мыслит его в терминах начала и конца.
Н.Д.Арутюнова пишет: "В основании концепта концов лежит идея линейности... Понятие линии ассоциируется прежде всего с пространственным аспектом чувственно воспринимаемого мира. Для того, чтобы понятие "конца" распалось на два соотносительных понятия - "начало" и "конец", линия должна быть ограничена с двух сторон: конец должен иметь партнера - "вечного спутника"; но не дубликата. Для дифференциации концов необходим дистинктивный признак" (с. 7). Здесь важна функционально значимая ориентация линии, разделяющая концы.
Понятия, которым посвящен сборник, соотнесены с концептом пути и связаны с понятием целого. Проблема целого важна для моделирования художественного дискурса и речи.
В сборнике шесть разделов.
В первом, самом большом по объему, разделе "Семантика и идиоматика начала и конца" собраны статьи по лексической семантике. В статье Ю.Д.Апресяна "Начало после конца: глаголы оживать и воскресать" рассмотрены семантические связи между этими близкими по значению словами. Глагол воскресать описывает "мгновенное возвращение души в тело". НСВ данного глагола лишен процессных значений. Глагол оживать предполагает процесс, длительное движение от смерти к жизни.
А.Н.Баранов и Д.О.Добровольский рассмотрели концепты начало и конец в русской идиоматике. С одной стороны, данные понятия являются метафорическими моделями. С другой, они обладают высокой степенью абстрактности.
В статье О.Ю.Богуслвской и И.Б.Левонтиной "Подведение итогов в русском языке" были проанализированы слова со значением результата. Были показаны семантические различия между словами результат и следствие. Концепт результат выражают несколько слов: 1) плод - слово, представляющее органическую метафору; 2) выход, исход - слова, представляющие динамическую модель; 3) слова, представляющие акциональную модель, - действие и эффект; и наконец 4) лексические единицы, представляющие счетную модель, - итог, результат. Кроме этого, авторы статьи проанализировали семантические изменения в данных словах с XIX века.
В.Г.Гак рассмотрел семантическое поле конца в русском языке в сопоставлении с французским. Данное поле представлено в плане содержания и выражения. Основные оппозиции, описывающие понятие конца: 1) причина конца, 2) интенция/ спонтанность, актив/ пассив 3) качественная оценка, 4) соотнесение концепта с линией движения.
Статья Е.В.Падучевой посвящена дескриптивным компонентам в семантике глаголов движения. Значение английского come сопоставлено с русскими идти и прийти. Инструментами интерпретации могут быть 1) дейктическая проекция, ориентация не на говорящего, а на адресата, 2) личная сфера говорящего, 3) ориентация на литературного героя, названная нарративной проекцией. Далее рассмотрены непроизводные и приставочные глаголы движения. Интерпретируя семантику глагола прийти, автор пишет: "В семантику глагола прийти входит Наблюдатель" (с. 135).
В статье Р.И.Розиной "Конец и начало? Семантика глаголов остановки и понятие лексического класса" рассмотрены близкие по значению слова задержать, застопорить, затормозить, осадить, остановить, поймать, перехватить, придержать, сдержать, удержать. Основой для объединения единиц в лексический класс может быть любой лингвистический интересный или нетривиальный семантический признак, имеющий выражение в морфологических свойствах, аспектуальном поведении, сочетаемости (с. 146). Свойством лексического класса можно считать регулярную многозначность. "...Источником регулярной многозначности могут быть концептуальные структуры, т.е. те связи, которые существуют в сознании человека между различными ситуациями реального мира и отражаются в полисемии слов, в своих основных значениях описывающих одну из таких ситуаций" (с. 147).
В статье А.Д.Шмелева рассмотрены глаголы движения. Автор исходит из понятия коммуникативно обязательной валентности. В статье показано, что "приставочные глаголы движения, задающие особый способ концептуализации начального или конечного пункта перемещения, как правило, предусматривают соответствующую коммуникативно обязательную валентность" (с. 192).
Кроме упомянутых, в раздел вошли статьи следующих авторов: В.В.Гуревич, О.П.Ермаковой, Г.И.Кустовой, И.И.Макеевой. В.А.Матвеенко, Н.Б.Мечковской, Н.В.Перцова, С.Ю.Семеновой, Н.Ф.Спиридоновой.
В разделе "Грамматика начала и конца" представлен ряд статей, в которых рассматриваются видовременные значения глаголов и вопросы сочетаемости.
В статье Анны Зализняк и А.Д.Шмелева "Семантика "начала" с аспектологической точки зрения" проанализированы инохоативные глаголы. Данные глаголы образуются от глаголов, описывающих гомогенные процессы с помощью приставки за-: зашипеть, заволноваться, забегать. Эти глаголы не входят в видовые пары. Рассмотрены инхоативные глаголы и сочетания стать с инфинитивом. Отсутствие видовой пары у данных глаголов авторы объясняют тем, что "все эти глаголы не обозначают подлинных событий; они лишь используются для того, чтобы представить процесс как событие, включить его в событийную цепочку" (с. 223). Событие, которое следует за инхоативным глаголом, "происходит внутри обозначаемого этим глаголом процесса" (с. 223). Речь идет о том, что событие произошло на фоне предшествующего процесса.
Ю.Н.Князев рассмотрел метонимические сдвиги в значении видовременных форм. Автор показывает фазы динамической ситуации в аспекте функционирования русского вида (с. 225). Далее рассмотрена семантика СВ, настоящего времени, причастий на -н, -т. Наибольшим многообразием метонимических сдвигов характеризуется настоящее время, прошедшее время СВ более однородно (с. 235).
Семантике вида посвящена также статья И.Б.Шатуновского "Несовершенный vs. совершенный вид в императиве (в проблеме начала)".
В раздел вошли также статьи В.И.Гавриловой, Б.Тошовича, М.В.Филиппенко.
В разделе "Знаки начала и конца" представлены статьи, в которых рассматривается просодия, тон, частицы, союз а, проблемы пунктуации. В данном разделе помещены статьи С.В.Кодзасова, И.М.Логиновой, В.М.Труб, Е.В.Урысон, В.С.Шварцкопфа.
Раздел "Поэтика начала и конца" посвящен поэтике А.С.Пушкина, Ф.М.Достоевского, А.Платонова, О.Э.Мандельштама, Б.Ш.Окуджавы и И.А.Бродского, В.В.Набокова, Ф.И.Тютчева, Б.Л.Пастернака, переводам Библии на английский и немецкий языки, а также русским анекдотам. В разделе помещены статьи Н.Д.Арутюновой, В.П.Григорьева, Л.И.Колодяжной, Л.Л.Шестаковой, Н.В.Злыдневой, И.А.Каргашина, Л.Б.Лебедевой, Л.Г.Пановой, З.Ю.Петровой, И.Ф.Рагозиной, Л.Н.Рягузовой, Ю.Д.Тильман, Н.А.Фатеевой, С.В.Шешуновой, Е.Я.Шмелевой, Е.Б.Яковенко.
В разделе "Начало и конец в контексте разных культур" в различных статьях рассмотрены чешский заговор, фольклорные тексты, сказки, причитания, русская трапеза, русский религиозный фольклор. Авторы статьей С.Е.Никитина, И.Б.Левонтина, А.Д.Шмелев, М.Л.Ковшова, О.А.Козакевич, Е.В.Вельмезова, Е.Ю.Кукушкина.
Раздел "Философия конечного и бесконечного" включает работы Е.Г.Веденовой, А.В.Жавнерович, В.И.Постоваловой, А.В.Рафаевой, Н.В.Солнцевой, в которых концепты рассматриваются с философской точки зрения.
Набоков о Набокове и прочем: Интервью, рецензии, эссе/ Сост. предисл., коммент., подбор илл. Н.Г.Мельникова. - М.: Изд-во Независимая газета, 2002. - 704 с.
Сейчас, когда изданы три тома лекций В.В.Набокова о литературе и десятитомное собрание его сочинений, включающее русский и англоязычный периоды, писатель кажется уже достаточно знакомым современному российскому читателю. Тем не менее выход данной книги открывает новые стороны в Набокове.
В книге собраны мало изученные материалы о творчестве В.В.Набокова, представляющие его взгляд на литературу и на самого себя.
В книге два больших раздела: "Интервью", охватывающий более сорока лет общения писателя с прессой с 1932 по 1977 год, и "Эссе, рецензии, заметки".
В своих интервью Набоков отвечает на вопросы о своем писательском пути, представая перед корреспондентами и читателями как человек с юмором, чувством собственного достоинства, некоторыми принимаемым за высокомерие, а кроме того, и как самодостаточная, порой парадоксальная, личность.
В интервью В.В.Набоков комментирует свои произведения и говорит о своих литературных симпатиях и антипатиях, среди первых Джойс, Пруст и Кафка, среди последних - Фрейд. Несмотря на любовь к ряду авторов, Набоков говорит о том, что ему не нравится "Портрет художника в юности", также как и "Поминки по Фоннегану", когда же Набокова спросили, чему он научился у Джойса, он односложно ответил: "Ничему" (с. 221). "Улисса" же Набоков называет "самым прозрачным из романов". Фрейд - самая большая нелюбовь писателя: "В психоанализе есть что-то большевистское: внутренняя полиция. Чего стоят одни только символы - эти зонтики, эти лестницы! <...> Фрейдисты опасны для искусства: символы убивают чувственное наслаждение, индивидуальные грезы... А уж пресловутая сексуальность! Это как раз она зависит от искусства, а не наоборот, поймите: именно поэзия на протяжении веков делала любовь более утонченной" (с. 101). Во фрейдовском символизме Набоков видит очевидные примеры пошлости.
Среди русских писателей на вершине стоят А.С.Пушкин, Н.В.Гоголь, Л.Н.Толстой и А.П.Чехов. Антипатия в русской литературе для Набокова - Ф.М.Достоевский.
Часть вопросов посвящена самой знаменитой и самой скандальной книге писателя - "Лолите". На вопрос интервьюера: "Почему вы написали "Лолиту"?", писатель ответил: "Это было интересно. В конце концов, почему вообще я написал свои книги? Во имя удовольствия, во имя сложности. Я не пишу с социальным умыслом и не преподаю нравственного урока, не эксплуатирую общие идеи - просто я люблю сочинять загадки с изящными решениями" (с. 123). Эту книгу писатель в этом же интервью 1962 года назвал своей "особой любимицей".
Перед премьерой фильма, снятого С.Кубриком по роману "Лолита", его автор сказал: "Я горжусь тем, что никогда не стремился к признанию в обществе. Я никогда в жизни не напивался. Никогда не употреблял мальчишеских слов из трех букв. Никогда не работал в конторе или угольной шахте. Никогда не принадлежал к какому-либо клубу или группе. Ни одно учение или направление никогда не оказывали на меня ни малейшего влияния. Ничто не утомляет меня больше, чем политические романы и литература социальной направленности" (с. 109).
Корреспонденты не обошли вниманием также и двуязычие писателя. В.В.Набоков говорит о своем американском периоде, когда он начал писать по-английски, так: "Да, это был очень тяжелый период. Моя личная трагедия, которая не может, которая не должна быть чьей-либо еще заботой, состоит в том, что мне пришлось оставить свой родной язык, родное наречие, мой богатый, бесконечно богатый и послушный русский язык, ради второсортного английского" (с. 122).
Естественно, писателю были предложены вопросы и о его хобби, или второй после литературы любви, энтомологии. В.В.Набоков никогда не отказывался от бабочек, гордился открытиями в этой области и считал свое творчество средоточием вдохновения и точной науки.
Набокову пришлось отвечать на вопросы и о своей семье, и о России, и о своем прошлом, о том, почему в конце жизни семья Набоковых поселилась в гостинице.
Во втором разделе книги помещены предисловия В.Набокова, в частности, к его роману "Защите Лужина", к его переводу "Евгения Онегина", статьи о переводах русской поэзии, о ведущих западных писателях: Сартре, о крупнейшем русском меценате С.П.Дягилеве.
В статье "Искусство литературы и здравый смысл" В.Набоков пишет: "... Творческий процесс, по сути дела состоит из двух: полное смещение или разъединение вещей и соединение их в терминах новой гармонии. Первая стадия предполагает способность художника заставить предмет выделиться из общего ряда... В определенной степени этой способностью обладают дети..."
Книге предпослано большое предисловие Н.Мельникова "Сеанс с разоблачением или Портрет художника в старости".
Шифф Стейси. Вера (Миссис Владимир Набоков): Биография/ Пер. с англ. О.Кириченко. - М.: Изд-во Независимая газета, 2002. - 616 с.
Феномен писательских жен давно привлекает внимание литературоведов, достаточно вспомнить имена Александра Сергеевича Пушкина и Натальи Николаевны Гончаровой, Льва Николаевича Толстого и Софьи Андреевны Берс, Федора Михайловича Достоевского и Анны Григорьевны Сниткиной. В этом же ряду Владимир Владимирович Набоков и Вера Евсеевна Слоним.
Вера Слоним родилась в Петербурге 5 января 1902 г. в семье Евсея Лазаревича Слонима и Славы Борисовны Фейгиной. Вера была средней дочерью в семье. Отец после окончания юридического факультета университета занимался предпринимательством и был близок к Павлу Владимировичу Родзянко, брату председателя Думы. Слонимы много времени и внимания уделяли домашнему воспитанию дочерей. После революции семья эмигрировала.
Вера и Владимир встретились в Берлине в начале 1920-х гг. Она была третьей или четвертой его невестой. Встреча состоялась после разрыва помолвки Набокова со Светланой Зиверт. Встреча и знакомство Веры с Владимиром нашли отражение в романе "Дар", хотя Вера всегда отрицала свое сходство с Зиной Мерц. Бракосочетание Владимира Набокова и Веры Слоним состоялось 15 апреля 1925 г. в вильмерсдорфской ратуше. Жених и невеста не сообщили о событии даже самым близким людям: мать Набокова узнала о женитьбе сына, только когда приехала в Берлин.
10 мая 1934 г. у Набоковых в частной клинике родился их единственный сын Дмитрий. Рождение ребенка тоже было окутано тайной. Для матери Набокова рождение внука стало полной неожиданностью.
Одними из отличительных черт характера Веры были сдержанность и скрытность. Она всегда отказывалась от того, что она могла как-то повлиять на мужа, от того, что персонажи книг Набокова имеют с нею хоть какое-то сходство.
В Берлине Вера Набокова работала как переводчица с немецкого, французского и английского языков. Она стремилась сделать все, чтобы максимально облегчить мужу занятия писательством. С рождением ребенка ситуация в семье стала материально более сложной. Она осложнилась еще и тем, что в 1937 г. у Набокова был роман с русской эмигранткой Ириной Гуаданини. (Эта женщина сохранила чувство к Набокову на протяжении всей своей жизни). Поставленный перед выбором, Набоков попросил Ирину вернуть его письма и остался в семье.
Бегство из Германии весной 1940 года было связано с начавшейся войной, однако столь поздний отъезд объяснялся не только тем, что Вера была еврейкой, (она никогда это не скрывала), но и финансовыми соображениями: семья не могла продержаться без ее заработков.
В США семья столкнулась с трудностями: чтобы сразу найти работу, английский Веры оказался недостаточно хорош. Набоков долго не мог добиться преподавательского места.
Набоков с неприятием относился к симпатиям американцев в адрес большевиков во время второй мировой войны. Американцы, приняв большую часть русской эмиграции, не слишком разбирались в сложных взаимоотношениях внутри русской общины. Он делил русскую эмиграцию на пять категорий: "1 - те, кто до сих пор плачет по утраченному добру; 2 - антисемиты; 3 - идиоты; 4 - обыватели и дельцы; 5 - приличные свободолюбивые люди или то, что осталось от разбитой в пух и прах интеллигенции" (с. 179). Набоковы сознательно сделали ставку на то, чтобы стать полноценными американцами, для писателя Набокова это означало - отказаться от русского языка.
Чтение лекций по русской литературе заставило Набокова обратиться к англоязычным переводам, которые он нашел совершенно неудовлетворительными. Он принялся переводить необходимые для лекций материалы. Его вкус казался парадоксальным: например, Набоков всегда считал Достоевского слабым прозаиком. Он требовал от студентов точности в знании текстов, утверждая, что сюжеты не могут быть главными в литературных произведениях. (Этот взгляд отражен в эссе о Гоголе.) Позже студенты признавались, что воспринять всю глубину его лекций, пользовавшихся большим успехом, могли единицы.
Когда Набоков начал преподавать, Вера приняла участие в этом, став ассистентом мужа. Она перепечатывала его тексты, редактировала их, искала цитаты. Полностью разделяя вкусы и мнения мужа, она присутствовала на всех его лекциях, сидела в аудитории, подсказывала цитаты, если Набоков что-то забывал, кроме того, проверяла письменные работы студентов.
Вера была согласна с мужем в оценках отдельных авторов и часто выражала его мнение: "Если вы прекрасный писатель, но ваши политические взгляды отвратительны или спорны (Цветаева), значит вы плохой писатель. Если вы не такой замечательный писатель, но ваши политические взгляды достойны похвал (Солженицын), вы все равно плохой писатель" (с. 326).
Постепенно у супругов сложился такой стиль общения, в котором Веры играла роль фильтра, контролирующего доступ к Набокову. При этом она всегда стремилась оставаться в тени, мало кто знал ее отчество, все называли ее "миссис Владимир Набоков". Она по-прежнему стремилась к тому, чтобы максимально высвободить мужа для занятий литературой.
В США в пуританское время 1950-х гг. Набоков написал самую известную и самую скандальную англоязычную книгу - роман "Лолита". Несмотря на взгляды Веры, считавшей, что их сыну в двенадцать лет рано читать "Приключения Тома Сойера" и "Приключения Гекльбери Финна", она всячески поддержала мужа в создании этой книги.
С выпуском книги в свет развернулась драматичная история. Американские издатели дружно отказались публиковать книгу, опасаясь судебных преследований. Сначала роман вышел во Франции в 1955 г. и только потом в США.
Литературный (и финансовый) успех книги позволил Набокову оставить преподавание, но и заставил чету Набоковых выйти из тени. И здесь появление единственной жены писателя, седой сдержанной дамы, обратило читательскую аудиторию к вечному вопросу, насколько писатель повествует о самом себе. Американцы надеялись увидеть рядом с Набоковым жену, которая годилась бы ему во внучки. Можно сказать, что Вера Набокова провела границу между миром литературного вымысла и реальностью.
В 1959 г. "Лолита" и "Доктор Живаго" столкнулись в соревновании за нобелевскую премию. Надо сказать, что русская эмиграция поддерживала Б.Л.Пастернака. Набоков же считал эту прозу откровенно слабой. Сначала он прочитал роман в переводе на английский, затем в оригинале и заметил, что на родном языке он еще хуже.
После публикации "Лолиты" Набоковы перебрались в Европу, они жили в Швейцарии. Вера по-прежнему принимала на себя перепечатку, редактирование произведений мужа, ведение переписки, финансовых документов и участие в интервью. Она ограждала мужа от журналистов и поклонников, как и прежде стремясь к тому, чтобы он мог писать. Это вызвало у части русской эмиграции упреки в том, что именно Вера отвратила мужа от русского языка, оградила его от соотечественников. Между тем, огромная работа Веры, по мнению автора книги, может быть названа стремлением самоутвердиться с помощью чужого таланта. И после смерти мужа Вера проверяла и корректировала переводы его произведений на разные языки. Она ушла из жизни 6 апреля 1991 г.
Обзор подготовлен О.Е.Фроловой.